2 царстваў 1 разьдзел

Другая кніга царстваў
Пераклад Васіля Сёмухі → Біблія Скарыны (Бразгуноў)

 
 

Пасьля сьмерці Саўла, калі Давід вярнуўся ад разгрому Амалікіцянаў і прабыў у Сэкелагу два дні,
 
І бысть, внегда умерлъ естъ царь Саул,a Давыдъ же в то время, поразивъши Амалехитянъ, пребываше во граде Сицелеху два дни.

вось, на трэці дзень прыходзіць чалавек з табара Саўлавага: вопратка на ім падраная і пыл на галаве ягонай. Прыйшоўшы да Давіда, ён упаў на зямлю і пакланіўся.
 
Въ третий пакъ день прииде мужъ з войска Саулова, растерзавый ризы своя и посыпавый прахом главу свою.b И внегда вниде къ Давыду, паде на лице свое, кланяючися ему.

І сказаў яму Давід: адкуль ты прыйшоў? І сказаў той: я ўцёк з табара Ізраільскага.
 
И рече к нему Давыдъ: «Отколе идеши?» Он же рече: «З войска Ізраильскаго убежалъ есмъ».

І сказаў яму Давід: што адбылося? раскажы мне. І той сказаў: люд пабег зь бітвы, і мноства зь люду ўпала і памерла, і памерлі і Саўл і сын ягоны Ёнатан.
 
То паки рече к нему Давыдъ: «Яко ся стало тамъ, споведай ми». Он же отвеща и рече: «Побежаша люди Ізраилевы з бою, и мнози з нихъ падоша и умроша, но и Саулъ, и Енафа, сынъ его, убиты суть».

І сказаў Давід хлопчыку, які расказваў яму: як ты ведаеш, што Саўл і сын яго Ёнатан памерлі?
 
И рече Давыдъ къ человеку тому, онже поведал ему новину сию: «Како веси тое, иже убитъ ест Саулъ и Енафа, сынъ его?»

і сказаў хлопчык, які расказваў яму: я выпадкова прыйшоў на гару Гэлвуйскую, і вось, Саўл упаў на сваю дзіду, а калясьніцы і верхаўцы даганялі яго.
 
Отвеща к нему отрокъ той: «Утекаючи, и приидохъ на гору Ельвое, и се, Саулъ наляжаше на оружии своем; возы же и ездци приближахуся к нему.

Тады ён азірнуўся назад і, угледзеўшы мяне, паклікаў мяне.
 
И озревшися за собою, увиделъ мя и возвал мя,

І я сказаў: вось я. Ён сказаў мне: хто ты? І я сказаў яму: я — Амалікіцянін.
 
емуже рекохъ: “Се азъ”. И глагола ко мне: “Кто еси ты?” Отвещахъ к нему: “Аз есмъ мужъ Амалехитянин”.

Тады ён сказаў мне: падыдзі да мяне і забі мяне, бо скруха сьмяротная агарнула мяне, душа мая ўсё яшчэ ўва мне.
 
Тогда ми рече: “Приступи ко мне и добий мя, понеже скорби одержат мя и еще вся душа моя во мне ест”.

І я падышоў да яго і забіў яго, бо ведаў, што ён ня будзе жывы пасьля свайго падзеньня; і ўзяў я вянок, які быў на галаве ў яго, і запясьце, якое было на руцэ ў яго, і прынёс іх гаспадару майму сюды.
 
И я, стоя над нимъ, добих его, видехъ бо, яко не будеть живъ, тако велми зранен сый. И взяхъ венець царский, иже бе на главе его, и запону съ рамени его, и принесохъ е к тобе, господину моему».

Тады схапіў Давід вопратку сваю і падраў яе, таксама і ўсе людзі, якія былі зь ім,
 
Взявъ же Давыдъ ризы своя, раздра е на собе, и вси мужи, иже беша с нимъ;c

і галасілі і плакалі, і пасьціліся да вечара за Саўла і за сына ягонага Ёнатана, і за народ Гасподні і за дом Ізраілеў, што загінулі яны ад меча.
 
и плакашеся, и рыдашася, и постишеся до вечера, жалуючи Саула и Енафы, сына его, и людей Господьних, и дому Ізраилева, яко побиены быша оружиемъ.

І сказаў Давід хлопчыку, які расказваў яму: адкуль ты? і сказаў той: я — сын прыхадня Амалікіцяніна.
 
Рече же Давыдъ ко отроку, возвестившему ему новину сию: «Откуду еси ты?» Онъ же отвеща к нему и рече: «Сынъ человека Амалехитянина, пришельца, есмъ азъ».

Тады Давід сказаў яму: як не пабаяўся ты падняць руку, каб забіць памазанца Гасподняга?
 
И рече к нему Давыдъ: «Како не боялся еси воздвигнути руки своея и убити помазанника Божия?»

І паклікаў Давід аднаго хлопчыка і сказаў яму: падыдзі, забі яго. І той забіў яго, і ён памёр.
 
Тогда позвалъ Давыдъ единаго от слугъ своихъ и рече ему: «Приступи к нему и убий и».

І сказаў яму Давід: кроў твая на галаве тваёй, бо твае вусны сьведчылі на цябе, калі ты казаў: я забіў памазанца Гасподняга.
 
И уби его, и умре; и рече Давыдъ: «Кровь твоя да будеть на главу твою, уста бо твоя поведили суть на тя, глаголюще: “Азъ убихъ помазанника Господьня”».

І аплакаў Давід Саўла і сына ягонага Ёнатана гэтаю плачнаю песьняю
 
И плакалъd ест Давыдъ Саула и Енафы, сына его,

і загадаў навучыць сыноў Юдавых луку, як напісана ў кнізе праведнага, і сказаў:
 
и повелел сыном Іюдинымъ учитися стрельбе, яко же писано естъ во «Книгахъ справедливыхъ». И рече Давыдъ:

краса твая, о Ізраіле, разьбітая на вышынях тваіх! як загінулі моцныя!
 
«Знаменай, Ізраилю, и погледи на горы, яко славнии твои и сильнии ранены суть и побиты на горахъ! И како падоша крепции въ бои?

Не расказвайце ў Гэце, не абвяшчайце на вуліцах Аскалона, каб ня радаваліся дочкі Філістымлянаў, каб не весяліліся дочкі неабрэзаных.
 
Не поведайте сего въ Еффе и ни на путехъ Аскалонских, да не возрадуются о том дщеры Филистымъския и да не возвеселятся тому дочки необрезанныхъ.

Горы Гэлвуйскія! ні раса, ні дождж на вас, хай ня будзе на вас палёў з пладамі, бо там павалены шчыт моцных, шчыт Саўла, як бы ня быў ён памазаны алеем.
 
Горы Ельвое! ани роса, ани дождь да не исходить на васъ, и да не будуть на васъ поля первыхъ плодовъ, понеже ту пали суть щитове силныхъ. Щитъ Сауловъ якобы не былъ помазанъ елеомъ,

Бяз крыві параненых, бяз тлушчу моцных лук Ёнатана не вяртаўся назад, і меч Саўлаў не вяртаўся марна.
 
поскверненъ ест от крови убитыхъ и от туку силныхъ.e Стрела Енафова никогда не возвратилася воспять, мечь Сауловъ николи жъ не естъ дармо извлеченъ.

Саўл і Ёнатан, любасныя і згодныя ў жыцьці сваім, не разлучыліся і ў сьмерці сваёй; імклівейшыя за арлоў, дужэйшыя за львоў яны былі.
 
Саулъ и Енафа, милы и красни в животе своем, и при смерти не суть розделены; были суть скорейшии, нежели орли, и сильнейшии, нежели львы.

Дочкі Ізраільскія! плачце па Саўле, які апранаў вас у пурпуру з акрасамі і здабываў на вопратку вашую залатыя аздобы.
 
Дщеры Ізраилевы! плачте Саула, онъ убо облачаше вас в ризы червцевые, и чиняше на васъ пиры, и давалъ запоны златыи на окрашение ваше.

Як загінулі моцныя ў бітве! Забіты Ёнатан на вышынях тваіх.
 
Яко падоша сильнии в бои, Енафа на горахъ твоихъ убитъ естъ?

Смуткую па табе, браце мой Ёнатане; ты быў вельмі дарагі мне; любоў твая была мне вышэйшая за любоў жаночую.
 
Жаль ми тебе, брате мой Енафо, хороший вельми и милый паче всехъ женъ; яко матка любить сына своего единаго, тако и я возлюбихъ тебе.

Як загінулі моцныя, загінула зброя баявая!
 
Яко поражени суть силныи и вдатныи и погибе зброя ихъ, къ бою приправленая?»