2 царстваў 19 разьдзел

Другая кніга царстваў
Пераклад Чарняўскага 2017 → Біблія Скарыны (Бразгуноў)

 
 

І паведамілі Ёабу, што цар плача і ў жалобе дзеля сына свайго.
 
Возвестиша же сее Іоаву, иже царь плачеть и жалуеть сына своего Авесалома.

Так вось перамога ператварылася ў той дзень у жалобу для ўсяго народа; бо пачуў народ у той дзень вестку: «Цар сумуе дзеля сына свайго».
 
a И обратися победное веселие въ плачь того дня всемъ людемъ, слышаша бо людие в той день, иже царь плачеть сына своего.

І ў той дзень уваходзіў народ у горад цішком, як звычайна ўваходзяць людзі асаромленыя, якія ў час бою кінуліся ўцякаць.
 
И уклонишеся вси, и не хотеша вниити во градъ в той день, якоже егда уклоняются бежащие з бою.

А цар закрыў твар свой і галасіў моцным голасам: «Сыне мой Абсаломе, Абсаломе, сыне мой, сыне мой!»
 
Царь же Давыдъ прикрилъ главу свою и возпи гласомъ великимъ, глаголя: «Сыну мой, Авесаломе! Авесаломе, сыну мой милый!»b

І Ёаб, увайшоўшы да цара ў дом, сказаў: «Ты асароміў сёння аблічча ўсіх паслугачоў сваіх, якія збераглі жыццё тваё, і жыццё тваіх сыноў і тваіх дачок, і жыццё жонак тваіх, і жыццё наложніц тваіх.
 
Тогда вниде Іоавъ къ царю в домъ и рече: «Посрамотилъ еси днесь лица всехъ слугъ твоих, ониже высвободили и соблюли живот твой и животъ всехъ сыновъ твоих, и дщеръ твоих, и женъ твоих, и меншиць твоихъ.

Ты любіш ненавідзячых цябе і ў нянавісці маеш тых, што любяць цябе. Ты сёння паказаў, што не дбаеш пра кіраўнікоў сваіх і пра паслугачоў сваіх; і пераканаўся я сёння, што, калі б Абсалом застаўся пры жыцці, а мы ўсе памерлі, гэта было б добрым у вачах тваіх.
 
Любиши ненавидящих тебе и ненавидиши любящихъ тя. Ныне тое уведех, иже неласкавъ еси на воеводы своя и на слугы своя. Се, воистинну днесь позналъ есм, иже раднейший был бы еси тому, абы насъ всех погубили, токмо Авесалом самъ абы остал живъ.

Дык цяпер падыміся, і выйдзі, і гавары да сэрца паслугачоў тваіх; бо прысягаю табе Госпадам, што, калі не выйдзеш, ніхто не застанецца ў гэтую ноч пры табе і гэта будзе горш табе, чым усе беды, што нахлынулі на цябе ад юнацтва твайго аж да цяперашніх дзён».
 
Протож ныне въстань и выйди, и молвъ к людемъ веселе, и учини имъ досить. Иначей, се, присегаю тобе Господемъ Богомъ, естъли же не выйдеши к людемъ, не останеть с тобою ани един в сию нощъ, и будет тобе то горшее, нежли вси речи злыи, еже приходили суть на тя от младости твоея и до сего дня».

Дык цар устаў, і сеў у браме, і ўсяму народу было паведамлена, што цар сядзіць у браме; і сабралася вялікае мноства людзей перад царом. А Ізраэль уцёк у палаткі свае.
 
Тогда въсталъ естъ царь и сяде при вратахъ, и возвестиша всем людемъ, иже царь седить при вратех. Тогда прииде все множество людей предъ царя; мужи же Ізраилеви розбегошеся во грады своя.

І спрачаўся ўвесь народ ва ўсіх пакаленнях Ізраэля, кажучы: «Цар вызваліў нас з рук ворагаў нашых, і ён вызваліў нас з рук філістынцаў; і цяпер уцёк з зямлі перад Абсаломам.
 
И прехуся вся вся племена людей Ізраилевыхъ, глаголюще: «Царь Давыдъ избавилъ насъ от руку Филистымъскыхъ, и той высвободил насъ от всехъ враговъ нашихъ; и се, ныне мусилъ утечи из земли для Авесалома.

А Абсалом, якога мы намасцілі, каб ён валодаў намі, загінуў у баі. Чаму цяпер маўчыце і не вяртаеце цара?» А словы ўсяго Ізраэля дайшлі да цара ў дом яго.
 
Авесаломъ пакъ, егоже помазали есмо были собе на ц[а] рство, в бои забитъ естъ. Сего ради доколе молчимо и медлимо и не приведемо възадъ царя?»

І паслаў цар па Садока і Абіятара, святароў, кажучы: «Прамаўляйце да старэйшын Юды, кажучы ім: “Чаму вы марудзіце, каб вярнуць цара ў свой дом?
 
И прииде речь сия всего Ізраиля къ царю Давыду. Тогда послал ест царь Давыдъ къ Садоху и ко Авиафару, ереом, глаголя: «Речите къ старейшинамъ сыновъ Іюдиных, глаголюще: “Почто последнии хощете быти привести царя вашего в домъ свой?” Слова бо всего Ізраиля приходять къ царю, иже хотять и привести опять до дому его».

Вы — браты мае, косць мая і цела маё; чаму вы марудзіце, каб вярнуць цара?”
 
И всказалъ ест царь к ним, глаголя: «Тако будете молвити от мене к людемъ Іюдинымъ:c Братия моя, вы есте кость моя и тело мое есте; и почто ж хощете быти последнии къ уведению царя до земли его?

І Амасу скажыце: “Ці ты не косць мая і не цела маё? Хай гэта зробіць мне Госпад і гэта дадасць, калі ты ў мяне не будзеш заўсёды настаўнікам войска на месцы Ёаба”».
 
Амасе пакъ, воеводе Авесаломову, тако рците от мене: Се, ты еси кость моя и тело мое; сия да учинит ми Богъ и сия да приложить, естъли же не будешъ у мене воеводою надо всимъ войскомъ моимъ по вся дни живота моего на месте Іоавове!»

І схіліў ён сэрцы ўсіх людзей Юды, быццам сэрца аднаго чалавека. І паслалі яны да цара, кажучы: «Вярніся ты і ўсе паслугачы твае».
 
И наклонилъ естъ царь таковыми словы сердца всехъ людей Іюдиныхъ к собе, якобы серце единаго мужа; и послали суть по царя, глаголюще: «Навратися к намъ ты и вси отроци твои».

І вярнуўся цар, і прыйшоў аж да Ярдана; і Юда прыйшоў у Галгал, каб сустрэць цара і перавесці яго праз Ярдан.
 
И навратился естъ царь Давыдъ, и приде къ Іоръдану. Вси же мужи Іюдины приидоша въ Галгалу стретити царя и превести его чересъ Іоръданъ.

А Сямэй, сын Гэра, бэньямінец з Бахурыма, паспяшаўся і выйшаў з людзьмі Юды насустрач цару Давіду;
 
Тогда поспешилъ естъ Семей, сынъ Ераовъd, сына Еминина, от Ваурима и изыйде с людми Іюдиными на стретение царю

з ім была тысяча бэньямінцаў, і Сіба, паслугач сям’і Саўла, і пятнаццаць сыноў яго, і дваццаць паслугачоў. А пераправіліся яны праз Ярдан ужо перад царом,
 
съ тысещем мужей от племеня Веньа минова, и Сиба, рабъ от дому Саулова, съ пятнадесетми сынми своими и съ двадцетми отроки; и вступивши до Ерданя, шли суть пред царемъ бродомъ.

і перайшлі яны брод, каб пераправіць дом цара і зрабіць так, як падабаецца яму. А Сямэй, сын Гэра, упаў на твар перад царом, калі той меў пераправіцца праз Ярдан,
 
И перевели челядь цареву, и учинили по всемъ повелением его. И паде Семей предъ царем на лице свое на землю, егда ся был перепровадил Іоръданъ,

і сказаў яму: «Не лічы гэта маёй правіннасцю, гаспадару мой, і не прыгадвай крыўду паслугача твайго ў той дзень, калі гаспадар мой, цар, выходзіў з Ерузаліма; не бяры гэтага, цар, да сэрца свайго.
 
и рече к нему: «Господи мой, царю! Не имей ми за зло и ни воспоминай проступки раба твоего тое, внегда шолъ еси зъ Ерусалима,e и ниже держи сего на сердци своемъ;

Бо я, паслугач твой, прызнаю грэх мой і дзеля таго сёння першы з усёй сям’і Язэпа выходжу я і іду насустрач гаспадару майму, цару».
 
се бо я ныне, рабъ твой, сознаваю грехъ мой, и протожъ въ первыхъ от всего дому Іосифова днесь пришолъ есми на стретение тобе, господину моему царю».

А Абісай, сын Сэруі, у адказ сказаў: «Ці ж не будзе забіты Сямэй за тое, што праклінаў намашчэнца Госпадава?»
 
Тогда рече Ависай, сынъ Сарвиин: «Еда ли за таковые слова не имат забитъ быти Семей, онже злоречилъ естъ помазаннику Господьню?»

І Давід сказаў: «Што мне і вам, сыны Сэруі, што вы становіцеся для мяне сёння супраціўнікамі? Ці, такім чынам, сёння павінен хто-небудзь паміраць у Ізраэлі? Ці я не ведаю сёння, што я стаў царом над Ізраэлем?»
 
Рече Давыдъ: «Что мне и вамъ, сынове Сарвиины? Чему противитеся мне ныне и хощете, абы забитъ былъ днесь мужъ во Израили? Еда ли не знаете сего, иже я ныне якобы знову учиненъ есмъ царемъ надъ людми Израилевыми?»

Дык сказаў цар Сямэю: «Не памрэш!» І прысягнуў яму.
 
И рече царь къ Семею: «Не умреши». И клялся ему о том.

І Мэрыбаал, сын Саўла, таксама выйшаў насустрач цару; не мыў ён ног, і не стрыг пазногцяў, і не стрыг барады, і не мыў адзення свайго з таго дня, у які цар выехаў, аж да дня вяртання яго.
 
Мифивозефъ теже, сынъ Енафинъ, сына Саулова, изыйде въ стретение царю, не умывши ногъ своихъ, и не острыгши брады своея, и не изоправши ризъ своих от того дня, в оньже вышолъ былъ царь изъ Ерусалима, даже и до того, в оньже паки навратился ест с миромъ.

І калі ён прыйшоў насустрач цару ў Ерузалім, сказаў яму цар: «Чаму не пайшоў ты са мною, Мэрыбаал?»
 
И внегда стретился съ царемъ, рече ему царь: «Мифивозефе, чему не вышол еси былъ за мною?»

Ён у адказ сказаў: «Гаспадару мой, цар, ашукаў мяне паслугач мой! Бо я, паслугач твой, сказаў яму: “Вазьму сабе асла і, сеўшы на яго, паеду з царом” — бо кульгавы паслугач твой.
 
Онъже отвеща царю и рече: «Господине нашъ, царю! Рабъ мой Сиба погордел мною. Реклъ есми ему: “Оседлай мне осла, да еду за царемъ”, понеже хромъ есмъ на ноги рабъ твой.

Звыш таго, ён яшчэ і абвінаваціў вераломна мяне, паслугача твайго, перад табою, гаспадаром маім, царом. Ты ж, гаспадару мой, цар, як анёл Божы; таму рабі, што табе падабаецца.
 
И еще к тому обжаловалъ мене, раба твоего, предъ тобою, господиномъ моимъ царемъ. Но ты, господи мой царю, якобы ангелъ Божий еси;f учини, еже любо естъ пред очима твоима,

Увесь дом бацькі майго варты быў смерці перад гаспадаром маім, царом; а ты пасадзіў мяне, паслугача свайго, між сатрапезнікаў стала твайго. Што яшчэ ёсць у мяне да справядлівасці, каб клікаць цара?»
 
понеже и дом отца моего повинен былъ смерти пред господином моим царемъ, ты пак посадил еси мене, раба твоего, за столомъ своим, посреди всехъ пирующих за нимъ.g Сего для не имам с чего виноватити тебе и ниже могу к тому вопияти на господина моего царя».

І сказаў яму цар: «Што яшчэ ты гаворыш? Я сказаў: ты і Сіба падзяліце паміж сабою ўладанні».
 
И рече к нему царь: «Что дармо глаголеши? Вже естъ утвержено, еже рекохъ: ты а Сиба розделите наполы имение».

І Мэрыбаал адказаў цару: «Хай ён бярэ нават усё, калі гаспадар мой, цар, вярнуўся ў супакоі ў дом свой!»
 
Тогда отвеща Мифивозефъ царю: «Да и все имение возметь Сиба, не жаль ми того, егда господинъ мой царь навратился естъ с миромъ в домъ свой».

Таксама Барзэлай галаадзец прыйшоў з Рагэліма і праводзіў цара праз Ярдан, каб развітацца з ім за Ярданам.
 
Берзелай пакъ Галаадицкийh, старый вельми, от Роелима, онже был первей перевезъ царя черес Іоръданъ и готовъ былъ съ царемъ и далей ити,

А Барзэлай быў вельмі стары, гэта значыць, меў ён восемдзесят гадоў; і ён забяспечыў цара харчам, калі ён быў у Маханаіме; бо быў чалавекам вельмі багатым.
 
и был естъ той Берзелай велми старый, яко во осмидесяти летехъ, и той додавал естъ царю спижи, внегда стояше з войскомъ вне, былъ бо естъ мужъ богатый велми.

І сказаў цар Барзэлаю: «Хадзі са мною, і я буду апекавацца над табою ў Ерузаліме».
 
И рече царь къ Берзелаеви: «Пойди со мною, и будешъ отпочивати безъ страху въ Ерусалиме».

Барзэлай сказаў цару: «Колькі засталося дзён жыцця майго, каб ісці з царом у Ерузалім?
 
Отвеща же Берзелай къ царю: «Азъ толико летъ имамъ, быхъ пакъ ишолъ съ царем.

Маю сёння восемдзесят гадоў; ці хопіць мне розуму, каб разабраўся я, што салодкае, а што горкае? Ці можа пацешыць паслугача твайго ежа і пітво? Або ці магу я яшчэ слухаць голас спевакоў і спявачак? Пашто паслугач твой мае быць лішнім цяжарам гаспадару майму, цару?
 
У восмидесяти летехъ есми днесь, еда ли я могу розознати во встехъ моих, что естъ сладкого или что ест горкого. Могу ли ся тежъ я, рабъ твой, кохати в потравахъ или в питьяхъ царскихъ и послухати гудебъ и певцовъ царевыхъ? К чему ж быхъ былъ у господина моего царя? Толико къ обтяжению его.

Крыху пройдзе паслугач твой з табой ад Ярдана. І за што ўзнагароджваць цару мяне такою ласкаю?
 
Мало далей еще да выпровадить тебе рабъ твой за Еръданъ. Не требую я, господине мой царю, отдания сего,

Але дазволь паслугачу твайму вярнуцца і памерці ў сваім горадзе, побач з магілай бацькі свайго і маці сваёй. Але вось, паслугач твой, Хамаам: хай пойдзе з табою, гаспадару мой, цар, і ты зрабі яму, што табе здаецца добрым».
 
но молю ти ся, да навратится рабъ твой в домъ свой, и да умру во граде своемъ и погребуся подле гробу отца моего и матки моея. И се естъ рабъ твой, Хамаанъ, сынъ мой, да идеть с тобою, господине мой царю, и учини ему добро, якоже любо тобе будеть».

І сказаў цар: «Хамаам хай ідзе са мною, і я зраблю яму, што добрае ў вачах тваіх, і ўсё, аб чым будзеш мяне прасіць, ты атрымаеш».
 
И рече к нему царь: «Да идеть тогда со мною Хамаанъ, и уделаю ему добро, якоже ты усхощеш; и все, елико пожадаеши от мене, дамъ тобе».

І калі ўвесь народ і цар пераправіліся праз Ярдан, цар пацалаваў Барзэлая і дабраславіў яго; і ён вярнуўся да сябе.
 
Внегда же прейдоша вси людие Іоръдан, и царь с ними, постояли суть. И поцаловал ест царь Берзелая, и благослави и, и навратися Берзелай в домъ свой.

І вырушыў цар у Галгал, і разам з ім Хамаам. А праводзіў цара ўвесь народ Юды і таксама палова народа Ізраэля.
 
Царь же Давыдъ иде въ Галгалу, и Хамаанъ с нимъ. И приведоша царя назадъ вси людие Іюдины, мужей же Ізраилевых не было с ними, толко половица.

І вось, вакол цара сышліся ўсе ізраэльцы і казалі яму: «Чаму браты нашы, сыны Юды, укралі цябе і пераправілі цара і дом яго праз Ярдан і ўсіх людзей Давіда разам з ім?»
 
Тогда потомъ собравъшися вси мужи Ізраилевы къ царю, рекли суть ему: «Чему тебе украдоша братия наша, сыны Іюдины, и перепровадиша царя и домъ его чересъ Іоръданъ, и всехъ мужей, иже беша с ним?»

І адказалі ўсе юдэі людзям Ізраэля: «Бо цар нам бліжэйшы. Чаму гневаецеся на нас з гэтае прычыны? Ці мы з’елі што ў цара? Ці, можа, даў ён нам дары?»
 
И отвещаша вси сыны Іюдины къ мужемъ Ізраилевым: «Понеже близший ест намъ царь, нежели вамъ. И чему ж про сее гневаетеся? Еда ли нам пришло что от царя ясти или пити, или дары неякии дал ли намъ?»

І адказалі ізраэльцы людзям Юды, і казалі: «Дзесяць частак маем мы ў цара, і таму таксама і ў Давіда. Мы лепшыя за вас; чаму вы пагарджаеце намі? Хіба не мы першыя сказалі слова, каб вярнуць цара нашага?» Але слова юдэйцаў было мацнейшым, чым слова ізраэльцаў.
 
И рекоша мужи Ізраилевы къ сыномъ Іюдинымъ: «Вдесятеро насъ болши естъ у царя, нежели васъ, и мы есмо первороженныи, а прото болей прилежить к намъ царь, нежли к вамъ. Прочто есте намъ кривду уделали и не поведели напредъ, абыхомъ теже были с вами привели царя?» Сынове пакъ Іюдины твердую отповедь дали суть мужемъ Ізраилевымъ.