2 царстваў 16 разьдзел

Другая кніга царстваў
Пераклад Антонія Бокуна → Біблія Скарыны (Бразгуноў)

 
 

Калі Давід зыйшоў крыху з вяршыні [гары], вось, пераняў яго Цыва, слуга Мэфібашэта, і два аслы наладаваныя, а на іх дзьвесьце хлябоў і сто зьвязак разынак, і сто сьпелых [фігаў], і буклак віна.
 
Внегда же мало поминулъ естъ Давыдъ гору Оливетскую, и се, указался ему Сиба, рабъ Мифивозефов, идяй противу ему со двема ослы, ониже несли суть на собе двесте бохановъ хлеба, и сто связковъ вина сухого, и седмъ крошенъ фокговъ, и два сосуды вина.

І сказаў валадар Цыве: «Што гэта?» А Цыва сказаў: «Гэтыя аслы — для дому валадара, каб вазіць, а хлябы і плады — на ежу слугам тваім, а віно — каб піў той, хто зьняможацца ў пустыні!»
 
И рече царь Сибе: «Кому имають быти сии речи?» Отвеща Сиба: «Господине мой царю, ослове сии домашнии суть, да бы ехалъ на нихъ царь мой, хлебы же и фикги, абы ели отроци твои, и вино, да бы пили, естлі же кто изнеможеть на пустыни».

І сказаў валадар: «А дзе сын гаспадара твайго?» І сказаў Цыва валадару: «Вось, ён застаўся ў Ерусаліме, бо сказаў: “Сёньня вяртае мне дом Ізраіля валадарства бацькі майго”».
 
И рече царь: «Игде естъ ныне сынъ Енафинъ, господина твоего?» Отвеща Сиба царю: «Остал ест въ Ерусалиме, глаголя, иже “днесь навратит ми Господь Богъ царство отца моего надъ людьми Ізраилевыми”».

І сказаў валадар Цыве: «Вось, тваё ўсё, што [належала] Мэфібашэту». І сказаў Цыва: «Я схіляюся! Няхай я знайду ласку ў вачах тваіх, гаспадару мой, валадар».
 
И рече царь къ Сибе: «Се тобе даю днесь все имение, еже имать Мифивозефъ». Рече к нему Сиба: «Молю ти ся, царю, да знайду милость предъ тобою!»

І прыйшоў валадар Давід у Бахурым, і вось, выйшаў адтуль чалавек з роду дома Саўла, а імя ягонае — Шымэй, сын Гера. Ён ішоў і, ідучы, праклінаў яго,
 
Тогда иде царь Давыдъ путемъ даже до Гаурима, и се, исхождяше оттуду мужъ от племени Саулова, именемъ Семей, сын Еруовъ; и идучи, злоречил естa

і кідаў камяні ў Давіда і ў-ва ўсіх слугаў валадара Давіда, хоць увесь народ і ўсе волаты ішлі праваруч валадара і леваруч.
 
и камение метал на Давыда и на всех слугъ его; вси же людие и вси воины шли суть около царя, по правой стране и по левой.

І Шымэй казаў так, праклінаючы: «Ідзі, ідзі прэч, чалавек крыважэрны, чалавек Бэліяла!
 
И тако молвилъ естъ Семей, егда злоречилъ царю Давыду: «Изыйди ж, изыйди ж, мужу крови, мужу безакония!

Зьвярнуў на цябе ГОСПАД усю кроў дому Саўла, бо забраў ты валадарства ў яго. І аддаў ГОСПАД валадарства ў рукі Абсалома, сына твайго. І вось, злыбеды ў цябе, бо ты — чалавек крыважэрны».
 
Се, ныне воздалъ тобе Господь Богъ всю кровь дому Саулова! Яко насилиемъ еси взялъ царство его, протожъ и Господь отдалъ ест е в руце Авесалому, сыну твоему. Се, вже ныне погубляють тебе безакония твоя, понеже мужъ крови еси».

І сказаў Абішай, сын Цэруі, валадару: «Чаму праклінае гэты здохлы сабака гаспадара майго, валадара? Пайду і адсяку галаву ягоную».
 
Тогда рече къ царю Ависай, сынъ Сарвиинъ: «Прочто злоречить песъ сей мертвый господину моему царю? Пойду и сотну главу ему».

А валадар сказаў: «Што мне і вам, сыны Цэруі? Калі ён праклінае і калі яму ГОСПАД сказаў, каб праклінаў Давіда, хто скажа: “Чаму ты так робіш?”»
 
И рече царь: «Что мне и тобе, сыну Сарвиинъ? Остави его, да злоречить, Господь убо повелел ест ему злоречити Давыда.b Икто смееть рещи, чему тако чинит?»

І сказаў валадар Абішаю і ўсім слугам сваім: «Вось, сын мой, які выйшаў з нутра майго, цікуе на душу маю, тым больш гэты сын Бэн’яміна. Пакіньце яго, няхай праклінае, бо сказаў яму ГОСПАД.
 
Тогда рече паки царь ко Ависаю и ко всемъ слугамъ своимъ: «Се, сынъ мой, онже изыйде з чрева моего, ищеть души моея, многым пакъ более той сын Емининъc; не дейте его, да злоречить, якоже повелелъ ему Господь.

Можа, ГОСПАД гляне на гора маё і аднагародзіць мне ГОСПАД дабром за праклёны ягоныя ў гэты дзень».
 
Еда како возрить ныне Богъ на смирение мое и дасть ми благославение въместо злоречения сего днесь».

І ішоў Давід і людзі ягоныя па дарозе, а Шымэй ішоў па ўзбоччы гары, праклінаючы, і кідаючы камяні ў яго, і абсыпаючы пылам.
 
И шолъ естъ Давыдъ, и мужи его с нимъ, путемъ. Семей же идяше по верху горы, противу имъ злореча, и камение меча, и персть сыпая на Давыда.

І прыйшоў валадар і ўвесь народ, які з ім, змучаныя, і там адпачылі.
 
И прииде царь и вси людие его, утомивъшися, на место едино, и отпочиваша ту.

А Абсалом і ўвесь народ Ізраіля ўвайшлі ў Ерусалім. І Ахітафэль быў з ім.
 
Авесаломъ пакъ и вси людие его пришли суть въ Ерусалимъ, и Ахитофель теже с нимъ.

І прыйшоў Хушай Аркеец, сябра Давіда, да Абсалома, і сказаў Хушай Абсалому: «Няхай жыве валадар, няхай жыве валадар!»
 
И внегда пришолъ естъ Хузий Арахитский, другъ Давыдовъ, ко Авесалому, рече ему: «Здравъ буди, царю! Здрав буди, царю!»

І сказаў Абсалом Хушаю: «Ці такая ласка твая да сябра твайго? Чаму ты не пайшоў з сябрам тваім?»
 
Отвеща же ему Авесаломъ: «Сия ли ест любовъ твоя къ другу твоему? И чему не шолъ еси з другомъ своимъ Давыдомъ?»

І сказаў Хушай Абсалому: «Не [пайшоў]! Бо каго выбраў ГОСПАД і гэты народ, і ўвесь Ізраіль, з тым і я застануся.
 
И рече Хузий ко Авесалому: «Никако, но того буду, егоже избрал естъ Господь, и вси сии людие, и весь Ізраиль, и с тымъ остану.

А да таго, каму я маю служыць? Ці ж ня сыну ягонаму? Як служыў я бацьку твайму, так буду [служыць] табе».
 
Но и тое еще приложу к тому: кому я служити буду, не сыну ли цареву? Протож, яко былъ есмъ послушенъ отцу твоему, тако и тобе буду».

І сказаў Абсалом Ахітафэлю: «Дайце раду, што маем рабіць?»
 
Тогда рече Авесалом ко Ахитофелю: «Учините совет, что имамы делати».

І сказаў Ахітафэль Абсалому: «Увайдзі да наложніцаў бацькі твайго, якіх ён пакінуў пільнаваць дом, і пачуе ўвесь Ізраіль, што агідны табе бацька твой, і ўмацуюцца рукі ўсіх, хто з табою».
 
И рече Ахитофель Авесалому: «Внииди къ меншицамъ отца своего, ихже оставил естъ стеречи двору царева, и пребуди с ними; внегда бо услышать сее вси людие Ізраилевы, иже посквернилъ еси ложе отца своего, тогда более укрепятся руце их с тобою».

І паставілі намёт Абсалому на даху, і ён на вачах усяго Ізраіля ўвайшоў да наложніцаў бацькі свайго.
 
И поставили суть Авесаломови шатеръ на сеняхъ царевых, и внииде Авесаломъ къ меншицамъ отца своего предо всем Ізраилемъ.d

А парада Ахітафэля, якую ён даваў, у гэтыя дні была быццам слова Бога. Бо такая была ўсякая парада Ахітафэля, як для Давіда, так і для Абсалома.
 
Советъ же Ахитофелевъ в ты дни тако был приятенъ, якобы кто совещаваше с Богом. И таков былъ ест всякъ советъ Ахитофелевъ, егда былъ съ Давыдом, и внегда теже былъ со Авесаломом.