Лявіт 13 разьдзел
Лявіт
Пераклад Яна Станкевіча → Біблія Скарыны (Бразгуноў)
І гукаў СПАДАР Масею а Аарону, кажучы:
Молвилъ естъ Господь Моисееви и глаголя:
«Як у каго будзе на скуры цела ягонага пухліна, альбо кругі, альбо пляма, і на скуры цела ягонага зробіцца быццам болька праказы, то маюць прывесьці яго да Аарона сьвятара, альбо да аднага із сыноў ягоных сьвятароў.
«Человекъ, на егоже кожи иАаронови, теле указала бы ся разноличность барвы или болячка, или что блищащее, то естъ начало прокажения, да приведется человекъ той ко Аарону-жерцу или ко единому от сыновъ его.
І агледзе сьвятар больку на скуры цела, і калі валасы на больцы зьмяніліся ў белыя, і выгляд болькі ўглыблены ў скуру цела ягонага, то гэта болька праказы; і агледзе яго сьвятар, і абесьце яго за нячыстага.
Они же егда узрять прокажение на кожи и власы в бело променены, а тое место прокажения ано естъ низшее или мякчейшее, нежели иное тело, — язва прокажения естъ, и на повеление жерцево отделен будеть человекъ той от людей иныхъ.
А калі пляма белая на скуры цела ягонага, і яна не выглядае глыбей за скуру, і валасы на ёй не зьмяніліся ў белыя, дык запрэць сьвятар маючага больку на сем дзён.
Пакли же белость илснущаяся будеть на кожи, а место не будеть мякчейше надъ иное тело и власы не изменется в бело, но суть подобны иным, да завреть и жрець за седмъ дней.
І агледзе яго сьвятар сёмага дня, і вось, болька ў яго аччу выглядае задзяржанай, не пашырылася па скуры, дык запрэць яго сьвятар на сем дзён другім наваратам.
И в день седмый да согледает, и естъли же не розмножится проказа а не выступить на кожу далей, нежели первей, опять да завреть и за седмъ дней.
І агледзе яго сьвятар на сёмы дзень другі раз, і вось, болька пацямнела і не пашырылася болька па целе, дык сьвятар мае абясьціць яго за чыстага: гэта кругі, і хай ён памые адзецьці свае, і будзе чысты.
И в день седмый да осмотрить: будет ли червонейшое место и не розошлося по кожи, очистить его, яко короста естъ. Испереть человекъ той ризы свое, и чистъ будеть.
А калі кругі пачнуць пашырацца па скуры, просьле тога як ён стаў да сьвятара дзеля ачышчэньня, то ён мае стаць да сьвятара.
Естъли же бы пакъ по томъ очищении и по огледании жеръцеве опять на том же выразилася проказа,
І абача сьвятар, і вось, кругі пашыраюцца па скуры, і абесьце яго за нячыстага: гэта праказа.
то да приведуть его ко жерцу и отсуженъ будеть за нечистаго.
Калі будзе на кім болька праказы, то маюць прывесьці яго да сьвятара.
Будет ли вредъ прокажения на человеку, то да приведуть и ко жерцу,
І агледзе сьвятар, і вось, пухліна на скуры белая, і валасы зьмяніліся ў белыя, і на пухліне жывое цела жывець,
и погледить на него, и внегда белость илснущаяся будеть на теле и власы разноличные пременные, и к тому указало бы ся живое мясо, старая проказа естъ и вкорененая плоти.
То гэта застарэлая праказа на скуры цела ягонага; і сьвятар абесьце яго за нячыстага й не запрэць яго, бо ён нячысты.
Да оповесть и жрець и отлучить от людей, яко нечиста, и не завираеть к тому, понеже явное прокажение ест.
І калі праказа вылілася па скуры, і пакрые праказа ўсю скуру хворага ад галавы ягонае аж да ног, колькі могуць бачыць вочы сьвятаровы,
Пакли же по всемъ теле розолиется прокажение, от верху главы даже до пятъ, да согледаеть его жрець, еже возможетъ окомъ осмотрети.
І абача сьвятар, што праказа пакрыла ўсё цела ягонае, і што ачысьцілася болька сусім, абярнулася на бела, дык ён абесьце хворага за чыстага.
Естъли же на всем теле укажется блесткъ, а тело живое не явить, то короста естъ, а не прокажение, и чиста его осудить.
А ў дзень, каторага абача на ім жывое цела, то ён нячысты.
Ащели же тело живое явится на нем, тогда по розознанию жерцеву за нечистаго отсудять его и межи сквернавыми поличенъ будеть,
І сьвятар, абачыўшы жывое цела, абесьце яго за нячыстага; жывое цела нячыстае: гэта праказа.
теломъ убо живым естъли же короста прикрита будеть, нечистъ естъ.
Альбо калі зьменіцца жывое цела й аберніцца ў белае, хай ён прыйдзе да сьвятара.
Пакли жъ опять обратится тело живое в белость и прикриеть всего человека,
І агледзе яго сьвятар, і калі болька абярнулася ў белае, дык абесьце сьвятар хворага, што ён чысты.
да огледить его жрець и за чистаго осудить.
І калі на целе будзе, на скуры ягонай верад і загаіўся,
Будет ли на чиемъ теле болячка и потомъ исцелееть,
І на месцу вераду зьявілася белая пухліна, або пляма белая, або чырванавая, то ён мае паказацца сьвятару.
и на томъ месте указала бы ся близна или брадавица бела или ирдящаяся, да приведуть ко жерцу человека того.
І агледзе яго сьвятар, і во, выгляд яе ніжэй скуры, і волас яе абярнуўся ў белы, дык сьвятар абесьце яго за нячыстага. Гэта болька праказы; яна вылілася на верадзе.
Он же егда узрить место мякчейшее и иначейшее, нежели тело иное, и власы на немъ, обращены в белость, да отлучить его от людей, понеже прокажение выразилося ест на месте болячки.
Калі ж сьвятар абача, і во, няма ў ёй белага воласу, і яна ня ніжэй скуры, і яна цьмяная, то сьвятар запрэць яго на сем дзён.
Пакли же власы не будуть отменены в бело и близна не естъ мякчейшая, но яко иное тело, еже около ея естъ, да завреть его жрець за седмъ дней;
І калі яна пачнець вельмі пашырацца па скуры, то сьвятар абесьце яго за нячыстага: гэта болька праказы.
естъли же в нихъ приростеть, да отсудить и за прокаженнаго.
І калі пляма застаецца на сваім месцу і не пашыраецца, то гэта запаленьне вераду; і ачысьце яго сьвятар.
Пакли же станеть во единой мере, то близна естъ болячки, а человекъ чистъ будеть.
І калі на целе, на скуры яго, будзе апёк ад агню, і будзе на загоеным апёку пляма бела-чырвоная альбо белая,
Тело или кожу, юже бы огонь съжегъ, и по исцелении остало бы место бело или чермено, да согледаеть того жрець.
І абача яго сьвятар, і во, абярнуўся волас у белы на пляме, і выгляд яе глыбей за скуру, то гэта праказа, яна разраслася на апёку. І сьвятар абесьце яго за нячыстага: гэта болька праказы.
И естъли белейши естъ, нежели первей, и кожа мякчейши, нежели на иномъ теле около того, да отлучить его, яко прокажение на месте созжения узросло естъ.
І калі ж абача гэты апёк сьвятар, і вось, няма на пляме белага воласу, і яна ня ніжэй за скуру, і яна цьмяная, дык запрэць яго сьвятар на сем дзён.
Пакли же власы в бело не суть пременены и ни место мекчейшее, нежели иное тело, и знамя созжения было бы смедо, да завреть и самого за седмъ дней.
І агледзе яго сьвятар на сёмы дзень, і калі яна вельма пашыраецца па скуры, дык сьвятар абесьце яго за нячыстага.
И в день седмый да согледаеть: естъли же рости будеть на кожи, да осквернить его.
Калі ж пляма застаецца на сваім месцу і не пашыраецца па скуры, і яна цьмяная, то гэта пухліна ад апёку. І абесьце яго сьвятар за чыстага, бо гэта запаленьне ад апёку.
Пакли ж во единой мере стоить а не велми ясно, то знамя естъ созжения, сего ради да очищенъ будеть, яко близна естъ спаления.
Мужчына або жонка, калі будзе ў іх болька на галаве альбо на барадзе,
Мужъ или жена, на ихже главе или на браде возросло бы прокажение,
І агледзе сьвятар больку, і во, выгляд яе глыбей за скуру, і ў ёй волас жаўтлявы, ценькі, дык сьвятар абесьце яго за нячыстага: гэта шалудзівасьць; гэта праказа на галаве альбо на барадзе.
да согледаеть их жрець. И будет ли место мякчейшее и иначейшее, нежели околное тело, и власы жолтейшие и тончейшие паче иныхъ, да отлучить их от людей, яко прокажение естъ на главе и на браде.
І калі агледзе сьвятар больку шалудзівасьці, і во, выгляд яе ня глыбей за скуру, і воласу чорнага няма ў ёй; дык запрэць сьвятар маючага больку шалудзівасьці на сем дзён.
Ащели же узрить знамя на главе или на браде, ано ест подобно иному телу и власы на немъ чорны, да завреть его жрець за седмъ дней особно.
І агледзе сьвятар тую больку сёмага дня, і во, не пашырылася шалудзівасьць, і няма на ёй жаўтлявага воласу, і выгляд шалудзівасьці ня глыбей за скуру,
И в день седмый да согледаеть: естъли же не при росло знамение и власы подобны суть ко иным, и то место ровно иному телу,
Дык паголяць яго, але шалудзівага месца не паголяць; і запрэць сьвятар шалудзівага на сем дзён другім наваратам.
оголенъ да будеть человекъ той, кроме того места, на немже ест посквернение, и завренъ будеть опять за иную седмъ дней.
І паглядзіць сьвятар на шалудзівасьць сёмага дня, і вось, не пашырылася шалудзівасьць па скуры, і выгляд яе ня глыбей за скуру; дык абесьце яго сьвятар за чыстага; і памые ён адзежу сваю, і будзе чысты.
А естъли же во седмый день узрить: ано стоить знамя у своей мере и не естъ отменено от иного тела, да очистить его, и соправъ ризы свое, чистъ будетъ.
І калі вельмі пашырацца будзе шалудзівасьць на скуры па ачышчэньню яго,
Пакли же по очищении томъ розсыплется вредъ по кожи,
Дык паглядзіць на яго сьвятар, і во, пашырылася шалудзівасьць па скуры, то няхай ня шукае сьвятар жаўтлявага воласу: ён нячысты.
да не согледает к тому жрець, наболей зменят ли ся власы в тончейшие, понеже явное прокажение естъ.
І калі ў ваччу ягоным шалудзівасьць стаіць на месцу, і волас чорны вырас у ёй, то шалудзівасьць загаілася, ён чысты; сьвятар абесьце яго за чыстага.
Ащели же станеть близна у своей мере, а власы на ней будуть черны, да весть, иже ест человекъ здравый, и смеле о немъ повесть, яко чистъ естъ.
І калі ў мужчыны альбо ў жонкі будуць на скуры цела іхнага плямы, плямы белыя,
Мужъ или жена, на ихже теле укажется блескъ,
І паглядзіць сьвятар, і вось, на скуры цела іхнага плямы бледа-белыя, то гэта кругі разрослыя на скуры: ён чысты.
да погледить на то жрець: естъли же узрить, яко прочерно естъ блещание на кожи, ведати имать, еже не естъ прокажение, но знамя на теле его и человекъ чистый ест.
І калі ў людзіны выпалі валасы з галавы ейнае, то гэта пляшывы; чысты ён.
Мужъ, изъ егоже главы власы естъли оползуть, плешивъ и чистъ естъ.
А калі з боку віду ягонага выпадуць валасы з галавы, то ён лысы; чысты ён.
Пакли же толико на челе облезуть власы, то лысый естъ а чистый.
А калі на пляшу альбо на лысіне будзе болька бела-чырванаватая, то праказа квіціць на пляшу альбо на лысіне.
Ащели же на лысине белый или черменый блескъ явится
І паглядзіць яго сьвятар, і вось, пухліна болькі бела-чырванаватая на пляшу альбо на лысіне ягонай, выглядам падобная да праказы скуры цела;
и согледаеть тое жрець, да отлучить его от людей,
То чалавек пракажаны ён, нячысты ён: сьвятар абесьце яго за супоўнага нячыстага, у яго на галаве болька.
яко истинное прокажение естъ, еже выросло на лысине его.
І ў пракажанага, на каторым гэтая болька, мае быць разарвана адзежа, і галава ягоная мае быць непакрытая, і вусны закрытыя, і мае крычэць: "Нячысты! нячысты!"
И всякий человек, онже имать на собе блеск прокажения и отлученъ будеть от людей по повелению жерцеву, таковый да имать ризы розодраны, главу неприкриту, уста платомъ обвязана, и вопити будеть, иже оскверненъ естъ а нечистъ.
Усі дні, пакуль на ім болька, ён мае быць нячысты, нячысты ён; ён мае жыць адзінотны, вонках табару будзе сяліба ягоная.
И по вся часы, в нихже прокаженъ и нечистъ естъ, самъ жити будеть без людей, вне полковъ.
І калі на адзежы будзе болька праказы, на адзежы ваўнянай, альбо на адзежы лянной,
Риза сукняна или плотняна, онаже бы имела блескъ прокажения на основе или на утку,
Або на аснове, або на ўтоку зь лёну або воўны, або на скуры, або на якім вырабе скураным,
или кожа, или некоя реч власяна,
І будзе болька зелянаватая альбо чырванаватая на адзежы, або на скуры, або на аснове, або на ўтоку, або на якой судзіне із скуры, то гэта болька праказы, надабе паказаць яе сьвятару.
на нейже бы ся указала гнюсность бела или чермна, блескъ естъ прокажения, да укажется жерцу;
Сьвятар агледзе больку і запрэць маючага больку на сем дзён.
он же, огледевъ ризу ту, да завержеть ю за седмъ дней.
І агледзе больку сёмага дня, што пашырылася болька на адзежы, або на аснове, або на ўтоку, або на скуры, або на якім вырабе, зробленым із скуры, то гэта праказа ядавітая, маючы больку нячысты.
Во седмый пакъ день да осмотрить ее опять: естъли же приросло блеску, то прокажение вкорененное естъ. Да отсудить тую ризу за поскверненую и все, к тому подобное;
Ён мае спаліць адзежу, альбо аснову, альбо ўток ваўняны, альбо лянны, альбо кажную рэч скураную, на каторай будзе болька: бо ядавітая праказа гэта; надабе спаліць на цяпле.
протож на огни да сожгут е.
І калі абача сьвятар, і вось, не пашырылася болька па адзежы, альбо па аснове, альбо па ўтоку, альбо па якой скураной судзіне;
Ащели же узрит, ано не приросло блеску,
Дык сьвятар раскажа вымыць тое, на чым болька, і запрэць яго на сем дзён другім наваратам.
повелит сопрати место то, на немже ест знамя; и соблюдеть ю паки особе седмъ дней.
І абача сьвятар па вымыцьцю болькі, і во, не зьмяніла болька свайго выгляду й болька не пашырылася, то нячыстая яна, спалі яе на цяпле; гніцьцё гэта на добрым альбо на благім баку.
И естъли же узрить, ано к первой подобе своей не навратилася, а блеску теже не приросло, да отсудит ю за нечистую и на огни да сожгуть, яжоa выразилося посквернение на ней.
І калі абача сьвятар, і во, стала цьмяная болька просьле вымыцьця яе, дык вырве яе з адзежы, альбо із скуры, альбо з асновы, альбо з утоку.
Пакли жъ чернейше место укажется на ризе по сопранию, да вырежеть тое место з ризы.
Калі ж яна ізноў пакажацца на адзежы, альбо на аснове, альбо на ўтоку, альбо на якой скураной рэчы, то гэта разрастаючая; на цяпле спалі тое, у чым болька.
Естъли же бы по том указался таковый блескъ на той же ризе на иных местехъ, еже первей не были посквернены, истинное прокажение ест прескакующее, сего ради да сожгуть ю;
І адзежу, альбо аснову, альбо ўток, альбо якую скураную судзіну, каторую вымыў, і зышла зь яе болька, дык надабе вымыць яе другім наваратам, і яна будзе чыстая».
пакли же перестанеть, да вмыють ю удругое водою, и чиста будет.
Гэта права праз больку праказы на адзежы ваўняной альбо лянной, альбо на аснове, альбо на ўтоку, альбо на якой скураной судзіне, як абяшчаць яе за чыстую альбо нячыстую.
Сие ест законъ прокажению на ризе сукняне или платняне, на основе или на утку и всякой речи кожаной, что ест от них чисто или нечисто».